Новости СМИ

он оспорил постановление, где владельцы двух- и однотарифных счетчиков в оказались в неравном положении

Жительница Набережных Челнов не платит за коммуналку с 2006-го года

Марсель Зарипов – уникальный директор. Точнее, директор уникального предприятия, стационарного дельфинария, который обосновался в Набережных Челнах девять лет назад. Марсель Маратович рассказал нам о том, как зарабатывают деньги на радости и куда уходит вся прибыль. – Как получилось, что филиал Анапского дельфинария решили создать здесь, в Набережных Челнах? – В 2005 году наше предприятие задалось целью поиска базового филиала в стационарных условиях. Дело в том, что дельфинарий в Анапе – единственный в стране, который находится в открытом море. Была необходимость именно в стационарном дельфинарии. Дело в том, что у нас в России нет стандартов по содержанию животных, но мы придерживались европейских стандартов и стремились к тому, чтобы глубина бассейна была не меньше 5 метров. Жизненно необходимо, чтобы легкие дельфинов полностью расправлялись. И когда мы начали искать пустующие бассейны, выяснилось, что чаша челнинского бассейна уникальна – глубина равна 5,5-6 метров по всему периметру. Раньше это был прыжковый бассейн. Таких проектов в стране было реализовано всего 3-4. В свое время, когда строился завод, все самое передовое было в нашем городе. К тому моменту он пустовал уже около 10 лет. Руководство дельфинария вышло с предложением к администрации города, нас поддержали. Тогда были вложены деньги на реконструкцию, его отремонтировали, и вот теперь мы существуем здесь с 2006 года. – А как вы стали директором дельфинария? Насколько я знаю, у вас военное прошлое? – Да, я бывший военный. 16 лет прослужил в Вооруженных силах. Потом попал под сокращение. И когда стоял выбор, чем заняться, я занялся своим бизнесом. Был индивидуальным предпринимателем. Наверное, зарекомендовал себя, на меня обратили внимание... В принципе, по большому счету, я оказался в нужное время в нужном месте. Никаких особенных заслуг нет, на директора дельфинария я не учился. – Можно ли рассказать о нынешнем этапе развития дельфинария? У вас очень много новшеств в последнее время. – Если честно, мы в легкой задумчивости от этого. Новые элементы, новые услуги лучше вводить постепенно, чтобы постоянно поддерживать интерес посетителей. Но как-то нахлынуло одновременно: и белуху привезли, и новое вечернее шоу готово, и тренерский состав обновился. Состав теперь практически полностью местный, только одна девочка из Анапы. Ребята в течение 1,5-2 лет обучались, и теперь работают. Лучше было бы, конечно, эти новшества растянуть во времени, но получилось так, как есть. – Сколько у вас теперь животных? – К нашему дельфинарию приписаны семь дельфинов, одна белуха, два морских льва и два морских котика. – Для них условия здесь благоприятные? Не тесно? – Мы же не наполняем бассейн как консервную банку. Сделали 12-метровый бассейн для ластоногих в арендованном у бассейна «Дельфин» помещении. За пятым сектором сделали вольеры для маленьких животных. Из-за того, что увеличилось количество плавающих животных, содержащихся в основном бассейне, мы проводим реконструкцию. В подвале устанавливаем солерастворительную ванную, к осени установим дополнительную систему очистки воды. По санитарным нормам каждые два часа берем анализы воды, причем замеряется пять показателей, и на основе этого анализа постоянно корректируем состав воды. Состояние наших животных зависит от качества пищи и воды, поэтому мы вынуждены вложить серьезные средства – около 3 миллионов рублей на реконструкцию и 10 миллионов на систему очистки воды. Это существенные траты. Если мы хотим расти дальше, делать интересные программы, мы вынуждены расти и развиваться. – У вас так много расходов! Есть ли у филиала финансовая возможность делать эти обновления своими силами или нужны инвесторы? – Все текущие работы мы выполняем своими силами. Зарабатываем деньги и не в кошелек их складываем, а вкладываем в развитие мероприятия. Вся наша чистая прибыль, около 10 миллионов рублей, пойдет на фильтрацию. – Кроме самих представлений, у вас очень много различных услуг. Что занимает большую часть прибыли? Возможно, есть какая-то услуга, которая пользуется большой популярностью? – Да, действительно, у нас много услуг: это и плавание на лодочке, и дайвинг с дельфинами, и день рождения, и свадебная церемония. Все допуслуги, наверное, занимают 20-25% от основных. Нельзя сказать, что какая-то услуга является более популярной. Зависит от контингента посетителей, если приходит детская группа, то это лодочка. Если взрослая, то фото или плавание. – Есть ли у вас какая-то сезонность? – Любой бизнес подвергнут сезонности. Лето – у нас самый пиковый сезон. Летом мы зарабатываем, чтобы обеспечить себе существование зимой. За три летних месяца мы зарабатываем около 50% прибыли. – С чем это связано? – Люди отдыхают. Кто-то не может поехать в отпуск, а ребенку хочется показать интересное. Причем мы показываем не простой аттракцион, а морских животных. Не зря одним из наших лозунгов является «Море рядом». Летом в наш город приезжает много гостей. Лето вообще предполагает, что люди охотнее тратят деньги на развлечения. Кроме того, это время каникул: лето, январские и ноябрьские праздники всегда успешны. У наших сотрудников праздничный выходной день только один – 1 января. В остальные дни мы работаем. Сфера услуг предполагает, что, когда люди отдыхают, мы должны работать. – Большая часть зрителей – гости соседних городов. Эта тенденция сохраняется? – Она увеличивается. Если посмотреть наше присутствие в наружной рекламе в Набережных Челнах и Ижевске, вы удивитесь. В Ижевске есть около 20 автобусов и 2 трамвая с нашей рекламой. Наши челнинцы все равно о нас знают, а в других городах нужно о себе напоминать. – Хотелось бы узнать подробнее о ситуации с центром дельфинотерапии. Почему проект затормозился? – У нас был разработан проект и негосударственная НКО была согласна финансировать строительство. Но в связи с тем, что в новом законе им присваивается статус иностранных агентов, этот фонд нас не может поддерживать. Мы ездили и на семинары, и на знакомство с благотворителями. К сожалению, все эти фонды, зная, что у нас в стране тяжело строить (есть свои нюансы), не готовы помогать на стадии строительства. Если мы построим центр дельфинотерапии, они готовы содержать, помогать, выделять оборудование и пр. Но построить мы должны сами. Наше предприятие вложить на сегодняшний день 200 миллионов рублей просто не может. Ситуация в стране такая – элемент кризиса присутствует. Когда презентовали бизнес-план знатным фигурам в бизнесе, они говорили: все здорово, хорошо, но в нашей стране можно заработать гораздо быстрее и менее хлопотно. Многие согласны, что в течение 10 лет проект окупится (если будет включать не только терапию, но и зрелищные мероприятия), но это сложно и долго. – Есть теория, что дельфины – животные необычные, они понимают людей. Кто-то их даже считает пришельцами с других планет. Вы в своей работе сталкивались с этой необычностью? Заметна она? – Современная наука придерживается той точки зрения, что животных нельзя очеловечивать. Мы, люди, высшая форма, животные – братья наши меньшие. И душевные качества придавать им запрещается. Но я с этой позицией не согласен, у животных свои понятия. Да, они не могут читать и писать. Но оно им нужно? Они плавают, общаются между собой. У дельфинов головной мозг больше по объему, тяжелее, и по структуре строения коры головного мозга извилины глубже. Строение коры головного мозга говорит о наличии интеллекта. Когда у нас росла Инди, родившаяся первой, ее воспитывала тетушка Ириска. Наблюдаю такую картину: Ириска обучает малыша. Они выходят под определенным углом, выкатываются на помост, одновременно параллельно берут еду, поворачиваются, головой свешиваются в воду, остановились, хвосты подняли, покачали и ушли в воду. Сделать это синхронно, на ходу, никогда не получится. Я так понимаю, что Ириска говорила малышу, что делать. «Сейчас выпрыгиваем, проезжает два метра, разворачиваемся, подымаем хвосты, замираем и спускаемся в воду». – Обучает не только тренер, но и сами дельфины? – Да, конечно. Когда рождается малыш, каждый раз я наблюдаю одно и то же. Мы все сюда приезжаем. Через 20-30 минут после того, как дельфин родился, мама начинает с ним быстро-быстро плавать, погружаться под воду, чтобы заработали его легкие. Потом четыре дельфина его окружают, и малыш подплывает к каждому взрослому, и они крутятся вокруг друг друга, и так с каждым. Есть научно доказанный факт, что стая дельфинов дает новорожденному имя. И на это имя дельфин откликается на всю жизнь. И мы понимаем, что видим процесс имянаречения. Когда ты все это видишь, нельзя не поверить в то, что они разумные. – Можно ли сказать, что ваша работа – это работа мечты? – Мой кабинет окнами выходит в бассейн. Я все время вижу дельфинов: как они резвятся, общаются между собой. Кто-то в городе еще может похвастаться этим? Есть у нас сложности, нюансы, без них никак. Но работа доставляет мне удовольствие. И это позволяет достигать хороших результатов. Нам всем работа нравится. Наш тренерский состав получает не так много. Они приходят на работу к 9 утра, уходят в 8 вечера. Если животное заболело, тренеры могут сидеть здесь по 3-4 дня безвылазно. Не скажешь, что условия работы хорошие, но попробуй кого-нибудь уволить! Никто не захочет. И самый главный фактор далеко не деньги, а работа с животными. Кому еще так повезет в жизни?

Банкиры ищут способы привлечь в свои клиенты мусульман

Что задумали супруги Райскины?

Кому ремонтировать переезд